Амнезия [СИ] - Ирина Асаба

Кряхтя, он поднялся на ноги и пошел. Куда идти, он не знал. Посветить себе фонарем пенсионер опасался, боясь привлечь внимание обслуживающего персонала. Идти поэтому пришлось, ориентируясь только на шатер шапито. Как назло луна спряталась за тучами, и Георгия Ивановича окружал кромешный мрак. Споткнувшись о какой-то предмет, он чертыхнулся и, прихрамывая, продолжил путь. Плащ на пенсионере был старым, широким и его полы трепыхались на холодном ветру. Клинок, которым он должен был совершить акт возмездия, дал о себе знать. Металл, завернутый в кусок белой тряпки, больно ударил по ноге и резко оттянул вниз карман плаща. Подойдя к полотняной стене шатра, Забродин достал кинжал и разрезал туго натянутую ткань. Морщась от напряжения, он протиснулся в непроглядную темноту помещения. У Георгия Ивановича болело все. Болело сердце. Ноги и руки, словно плохо смазанные шарниры скрипели при движении. Вестибулярный аппарат, нарушенный возрастом, отказывался работать. Его качало вроде моряка на корабле, попавшего в шторм. Прислушавшись и убедившись, что ничего подозрительного вокруг нет, Георгий Иванович решился и включил фонарь. В тусклом, желтом свете появились металлические конструкции, коробки разного цвета и размера, лестницы и мячи. Большинство предметов были оклеены блестящей бумагой и от света фонаря искрились и переливались. Пенсионеру представилось, что он попал в пещеру Али-бабы, куда скоро должны были вернуться разбойники. Правда, воровать он ничего не собирался. Его цель была совсем другой.

Выбравшись из угла заваленного бутафорией, он двинулся дальше. По словам водителя мусоровоза, единственному человеку из местных, которому удалось побывать на запретной территории шапито, клетки с крупными зверями располагались на общей территории, а с мелкими, внутри шатра.

— Где же эти твари находится? — размышлял Георгий Иванович, рассматривая закутки подсобного помещения. — Ведь что плохо? Что я толком ничего про них не знаю. Ни как это происходит. Ни кем они становится, тоже не вполне понятно. Находясь в теле пресмыкающихся, осознают ли они себя людьми, которыми были ранее? И главное! Сколько у меня осталось времени? День? Неделя? Месяц? Слава Богу, что путь Тиамат прошел через наш город, а то бы я их никогда не нашел. Годы мои уже не те. Старость не радость. Тут болит, там болит… — бормотал он про себя, пока не наткнулся на ряд террариумов, плотно закрытых сетчатыми крышками. — Ах, вот где вы голубчики обосновалась, — обрадовался он, рассматривая спящих рептилий.

Змей было немного. Всего три. Глаза их были закрыты, а тела плавно изгибались в сонном покое. Необыкновенной красоты шкура была испещрена ромбовидными узорами желтых и зеленых оттенков. Тела двух были примерно около полутора-двух метров, третий же удав был огромен. Сложив свои кольца, он с трудом помещался в стеклянном ящике.

Георгий Иванович полез в карман плаща и снова вытащил клинок. Развернув его, он внимательно в него всмотрелся. Клинок был тусклым, и только рукоятка его светилась как бы изнутри розовым светом.

— Что-то здесь не так. Кажется, при приближении к объекту, ты должен засветиться ярким светом. Что же мне делать? — прошептал старик и, открутив проволоку, сдвинул крышку ящика в сторону.

Удав от яркого света фонаря и движения проснулся, открыл круглые глаза, рассеченные надвое узким зрачком, и приподнял голову. Старик в растерянности смотрел на аспида, не зная, что предпринять. Змея стала распрямлять свои кольца и плавно заскользила вверх.

— Ты куда это собрался адское отродье? — в испуге зашептал старик и стал махать руками, пытаясь загнать удава на место. — Ну, я сейчас тебе покажу! Ты сейчас у меня за все ответишь!

Но удав на проклятия не обращал внимания, а струился из ящика, и уже через секунду его голова легла на плечо Георгия Ивановича и кольцами обвила туловище человека. Старик нелепо размахивал руками, силясь проткнуть клинком холодное гибкое тело. Лезвие проскочило по упругой коже и скользнуло мимо. С каждым новым витком, старик чувствовал, как его руки немеют и становятся неподвижными.

— Помогите! — в ужасе закричал он, потеряв равновесие и падая на пол. — Есть тут кто-нибудь? Люди!

Через мгновение включился яркий свет, и на его крики о помощи прибежали те самые люди, которых он опасался. Они были в темно-синих костюмах со зловещей символикой и надписью "Клещ".

— Ты чего падла делаешь? — закричал один, пытаясь вырвать кинжал из руки старика.

— Смотри Вень! Да он же удава убить пытается, — закричал другой. Охранник сильно ударил ногой старика по руке, отчего старческие пальцы разжались, клинок выпал, а его рука бессильно обвисла.

Охрана, обладая недюжинной силой, раскрутила тугие кольца и два здоровых мужчины, с трудом вернули рептилию на место. Георгий Иванович лежал, пытаясь восстановить дыхание, но его ушибленная рука упрямо шарила по полу, стараясь найти выроненный клинок.

— Вень, чего стоишь? Иди ментов вызывай! — сказал тот, что пожилистей и снова пнул ногой Забродина по ребрам. — А ты вставай паскуда! Чего разлегся? Тут тебе не санаторий.

Вениамин убежал вызывать доблестную милицию, а Георгий Иванович смахивая со лба крупные капли пота, наконец-то, принял вертикальное положение. Подталкиваемый крепышом, тяжело волоча ноги, он добрел до комнатки охраны и рухнул на стул.

— Ну, чего дед, колись давай. Ты зачем сюда ночью пробрался? Зачем питона пытался убить? Что за бред! Змеиного супчика захотел что ли?

Георгий Иванович молчал, потупив глаза в пол, только временами тяжело вздыхал, и вытирал уже насквозь мокрым платком, постоянно потеющий лоб. Милицейский наряд подъехал достаточно быстро и уже минут через пятнадцать Забродин трясся вместе с вооруженным сопровождением в разбитом "козле" двигаясь в сторону отделения.

Чернов и Кудрявцев спокойно покуривали на крыльце, наивно надеясь на оставшиеся два часа спокойного дежурства. Их беседу прервал слепящий свет фар "козленка" и резкий визг тормозов у крыльца. Дверцы захлопали, наряд выпрыгнул из машины и потянул за собой старика в светлом плаще. Старик был трезв и, судя по запаху, с бомжами не общался.

— Вы чего братва? Кого привезли? — отлип от стенки Кудрявцев. — Нормальный по виду старик! Мне размещать его уже некуда!

— Вот именно, что только с виду нормальный, — отозвался патрульный. — У него, похоже, с крышей проблемы. Хмурый такой, всё бормочет чего-то, крестится, да вздыхает. Тоже мне, святой Георгий.

— Это почему? — поинтересовался Чернов, распахивая перед стариком дверь

— Про цирк на пустыре, знаешь? — спросил патрульный. Чернов кивнул. — Как его, чёрт, шапито? Так что этот дедок учудил! Забрался туда, вскрыл клетку с удавом и принялся ножом кромсать. Хорошо охранники вовремя застукали.